![](http://old.media-azi.md/sites/default/files/comentariu_0.jpg)
председатель Совета прессы
![](http://www.media-azi.md/sites/default/files/DGF_4707_500px_d.jpg)
В октябре прошлого года The New York Times опубликовала Our Path Forward (Наш путь вперед) - документ, который можно назвать историческим манифестом. На 11 страницах была представлена стратегия дальнейшего цифрового развития этого престижного информационного издания со 150 летней историей. И сегодня, после полутора веков успешного существования, редакция смело отвечает вызовам новых технологий, всего за пять лет достигнув рекордных 2 млн. подписчиков и ежемесячных 140 млн. просмотров онлайн версии.
Документ содержит ценные экономические, аналитические и менеджерские решения, которые могут стать руководством для развития любого издания в мире, молдавского в том числе. Но это при условии, что читающие его не обойдут вниманием одну фразу, которая затаилась где-то посредине текста, но которая, на самом деле, выражает квинтэссенцию нынешнего и будущего успеха The New York Times. ”Сильнее всего отделять Times от конкурентов и дальше будет ЛУЧШАЯ ЖУРНАЛИСТИКА”.
В конце декабря 2015 в Кишиневе, где даже аудитория телеканалов не может сравниться с числом абонентов The Times, совсем другая история олицетворила собой местный медийный феномен, балансируя на грани между дипломатическим скандалом и профессиональной порядочностью.
Речь идет о фальсификации, допущенной Publika и HotNews.md, которые позволили себе разместить Фэйсбук пост Джеймса Петита, Посла США в Республике Молдова, в абсолютно произвольном и неадекватном контексте. Так, американский дипломат сетует в своем посте «...думает ли кто-нибудь о том, что на самом деле желает молдавский народ? Демократия означает представлять волю и желание народа. В настоящей демократии народ действительно представлен; лидеры должны служить своей стране и своему народу, а не наоборот...”, отмечая, скорее всего, медлительность с которой молдавские политики принимают жизненно важные для нашей страны решения. Два отмеченных ранее издания поспешили отнести пост американского посла к реакциям в адрес выдвижения кандидатом на пост премьер-министра господина Иона Стурза. Президентская инициатива которая, кстати, была оглашена намного позже, чем Джеймс Петит опубликовал свой пост.
Сравнимы ли эти два события? По масштабности – конечно же, нет. Но они олицетворяют два диаметрально разных взгляда на будущее, которые нельзя игнорировать. Манифест нью-йоркского издания - это отправная точка к долгосрочному развитию, к журнализму, который отвечает стремлению «вырастить новое поколение читателей, которые не представляют свой день без New York Times». Поступок же Publika и HotNews.md это, несомненно, отправная точка к саморазрушению и к развитию того поколения молдаван, которое не совсем представляет себе зачем вообще нужны масс-медиа и которое, в ответ на постоянное манипулирование, пропаганду и отсутствие профессионализма, просто вычеркнут прессу из своей жизни. «Казус Петит» – этот только один пример медийного вакхарма, свидетелями которого мы являемся, но который, к счастью, получил немедленную и жесткую реакцию со стороны первоисточника.
Общество отчуждения
Для оценки ситуации, в которой оказались мы и наша пресса, наиболее подходящим термином, на мой взгляд, является «отчуждение», в смысле отделения от людей процесса и результатов их деятельности, при котором процесс и результаты деятельности становятся ему неподвластными и даже господствуют над ним, делая чуждыми друг другу человека и создаваемый им мир. Так или иначе, как философское понятие отчуждения, представленное выше, так и его юридическое значение (передача права собственности и других имущественных прав) и даже медицинское (от апатии до деперсонализации), кажутся подходящими для данного момента.
С одной стороны мы наблюдаем отчуждение прессы, оплетенной политическим процессом, и которая, заигравшись, не заметила своего превращения из кокетки (кокотки) политического класса в его заложницу (а может, наложницу). С другой стороны – мы наблюдаем отчуждение общества, которое, лишившись своего фундаментального права быть информированным, ежедневно пихает в себя мегабайты манипулирования и пропаганды, искренне считая, что находится в курсе всех событий.
Этим грешат практически все молдавские медиа – и те, кто приняли сторону власти, и те, кто декларируют себя оппозиционными. Если просмотреть одну и ту же новость, допустим, о протесте в котором участвовали порядка 5000 человек, на двух разных телевизионных каналах, то окажется, что в одном случае участие составляет чуть ли не 50 000, а в другом - едва ли наберет 500 человек. И речь идет не только о фальсифицировании цифр. Картинка будет подогнана соответствующе. И никому не важно, что мы говорим о протестах 2015, а показываем кадры того, настоящего, исторического Великого Национального Собрания 1989 года. Или кого-то волнует, что на другом канале картинку отсняли ранним утром, когда народ только собирался на площади?! Цель оправдала средства.
Разве допустимо и вообразимо, чтобы все приглашенные эксперты полутора-двух часового ток-шоу, разделяли одно и то же мнение? Мы собираемся по-родственному за одним столом, и когда речь заходит о политике, мнения никогда не совпадают! Даже когда эксперты тысячу раз правы, добрые журналистские правила рекомендуют наличие в студии хотя бы одного оппонента, способного сбалансировать дискуссию. На самом деле, все эти трюки используются для гиперангажирования общества и поддержания ощущения постоянного внутреннего конфликта, вследствие которого гражданина не покидает чувство вины: что не того избрали, что не за тех проголосовал, что не вышел на протест, или вышел – но не за тех. Или напротив, после просмотра некоторых передач, гражданин должен смириться с мыслью, что жребий уже давно брошен, и ничего уже изменить нельзя, следовательно, надо смириться и принять ситуацию как данность.
К сожалению, наш политический класс так и не научился государство строению и его руководству, став жертвой опасной практики иллюзорного правления посредством масс - медия, при котором медийное присутствие ложно интерпретируется как политическое влияние. Если проанализировать рейтинги самых влиятельных политиков за последние несколько лет и сравнить эти данные с данными о медийном присутствии данных людей, наблюдается интересная вещь. Как правило, те кто выпадают «из ящика», вылетают и из политических рейтингов. Именно это ложное отождествление медийного присутствия и политического влияния, которое так старательно насаждается политтехнологами, приводит к развитию у общества ложных ценностей. Об опасности такого подхода предупреждал еще в 1977 году французский философ Роже-Жерар Шварценберг в своей работе «Государство-спектакль. Эссе о и против системы звезд в политике. Он писал, что “медийный феномен подменил проект профилем, а картинка взяла верх над посылом».
Более того, сами политики предпочитают быть обманутыми прессой и слышать скорее то, что им хочется, отказываясь понимать и принимать автономность политики и масс - медиа как норму. До настоящего момента ни один из наших лидеров не проявил достаточной смелости, чтобы рассматривать прессу как точный диагностический аппарат, который выявляет существующие проблемы и диктует приоритеты. К сожалению, и политики, и пресса сошлись на том, что приоритеты диктуют первые, а результаты, как видим - плачевные.
------------------
Статья было опубликована в рамках проекта «Общественные кампании для обеспечения прозрачности структуры собственности СМИ, доступа к информации и продвижение ценностей ЕС и европейской интеграции», осуществляемого ЦНЖ, который, в свою очередь, является частью проекта «Партнерства для Устойчивого Гражданского Общества в Молдове», осуществляемого FHI 360.
Публикация данного материала стала возможной благодаря щедрой помощи американского народа, предоставленной через Агентство США по международному развитию (USAID). Мнения высказанные принадлежат автору и не отражают в обязательном порядке взгляды USAID или Правительства США